Алексей Балабанов

Алексей Балабанов PLAYBOY Своими двумя предыдущими работами – комедией «Жмурки» и мелодрамой «Мне не больно» – вы несколько усыпили бдительность тех, кто ищет в ваших фильмах проявления фашизма, человеконенавистничества и прочих гадостей. В этом смысле «Груз-200» станет очень неожиданным ударом по зрительской психике. Вы внутренне готовитесь к ответной реакции или вам уже не интересно об этом думать?

БАЛАБАНОВ Если честно – не интересно. Мне было интересно, когда я снимал жанровые фильмы – смогу я это сделать или не смогу. Когда я снимал «Мне не больно», мне хотелось узнать, будут девушки плакать или не будут. Ну, в общем, получилось: даже не только девушки плакали, как я потом выяснил. В «Жмурках» не получилось, потому что у нас нет такого жанра – черной комедии. Люди пришли смотреть «Брата-3», и большинство просто не поняли, что это комедия. Мне же казалось, что это очень смешно.

PLAYBOY То есть «Жмурки» были восприняты как реалистическое кино, хотя это чистой воды гротеск. А не может с «Грузом-200» произойти обратное: вы снимали реалистический фильм, но эта история выглядит такой фантасмагорией, что многие воспримут ее как надуманный ужастик.

БАЛАБАНОВ Нет там ничего надуманного – все абсолютно реально. Я набрал всяких вещей из советского времени – что-то мне девушки рассказывали, что-то я сам знал – и все их объединил. Все основано на реальных событиях, и я пытался сделать это практически в духе натурализма. Ладно одну девушку изнасиловали бутылкой, и даже не одну (просто мне одна девушка рассказывала), но я таких историй знаю больше. И когда все это концентрируется в едином пространстве на полтора часа, получается, может быть, немного чересчур.

PLAYBOY Время действия, 1984 год, возникло сразу, и вариантов никаких не было – чуть раньше или чуть позже? Мне кажется, что эту историю со всем комплексом идей можно с соответствующими коррективами перенести и в наше время. Или нет?

БАЛАБАНОВ Нет, все-таки это ретро. Во всем. Там соблюдено все с художественной точки зрения, там все очень правильно сделано. Я помню это время очень хорошо. Я тогда жил в Свердловске, потому я и взял провинцию. Тогда как раз начало музыки рок-н-рольной было – недаром же я концерт Цоя в конце поставил. Там в принципе музыка-то красивая…

PLAYBOY Песня Юрия Лозы «Мой маленький плот», которая у вас лейтмотивом проходит?

БАЛАБАНОВ А что, она очень хорошо лежит.

PLAYBOY Да лежит-то хорошо, только ее после «Груза-200» уже трудно будет слушать без содрогания. Вы вообще выбирали музыку, которая вам нравится, или ту, что ненавидите?

БАЛАБАНОВ Ту, что ложится под изображение. Я всегда подбираю по изображению. Либо уже снимаю, имея в виду какую-то мелодию.

PLAYBOY В «Грузе-200» радостный саундтрек производит добрую половину художественного эффекта, из-за его полной вроде бы несочетаемости с жутким сюжетом.

БАЛАБАНОВ Ну а «Вологда» – красивейшая песня, очень популярная в то время…

PLAYBOY Да, и «Хафанана» очень удачно ложится на сцену вскрытия цинкового гроба с «грузом-200».

БАЛАБАНОВ Нет, я говорю, у меня с музыкой пока получается. Тут если бы была плохая музыка, то фильм был бы вообще мрачный. Музыка-то светлая такая, в то время ведь не было мрачной музыки – ее бы просто не пустили по телевизору.

PLAYBOY И в финале жизнеутверждающая песня Цоя про то, что «время есть, а денег нет, и в гости некуда пойти».

БАЛАБАНОВ Ну это как раз начало такое, одна из первых его песен, с первого альбома. Она мне очень нравится, и я всегда, когда водки выпью, ее пою.

PLAYBOY А в принципе финал «Груза-200» можно понимать как жизнеутверждающий – когда два мальчика уходят вдаль, обсуждая, как бы бабок заработать? Потому что у меня двойственное ощущение: с одной стороны, перед ними вроде перспективы открываются, а с другой – уж больно эти перспективы на тупик смахивают.

БАЛАБАНОВ Это новое время начинается, понимаете. Я когда работал пять с половиной лет ассистентом режиссера научно-популярного кино, от Свердловской киностудии ездил по северам очень много. Я достаточно долго жил с ненцами. Эти истории про детей, которые спирт пьют, – все это я сам видел. Это реальные вещи. Действительно, было очень выгодно покупать, выменивать шкуры и продавать их. Я этим не занимался, но были люди, которые приезжали и при мне это делали.

PLAYBOY И зарабатывали бешеные деньги?

БАЛАБАНОВ Ну, не бешеные. Но если у меня зарплата была 120 рублей, то там на одной шкуре можно было сделать такие деньги. Это будущие капиталисты, олигархи, которые решили деньги зарабатывать. Говорит же все время персонаж Алексея Серебрякова: «Скоро все изменится, скоро все изменится». Я в том году познакомился с «Наутилусами» в Свердловске, они только начинали первый альбом, а в 1986-м снял спецвыпуск киножурнала «Советский Урал» про новую молодежь, которая ищет какие-то новые пути – это была моя первая официальная самостоятельная работа. Уже тогда что-то внутри назревало.

PLAYBOY Как по-вашему, ретро создает некую амортизирующую прокладку между экраном и зрителем, которая несколько смягчает шоковый эффект?

БАЛАБАНОВ Мне казалось, что в современности нельзя сделать такую историю – возникнет отторжение. А в то время… молодежь этого не помнит, но люди моего возраста сталкивались с такими историями. Потому что людей ни за что в тюрьму сажали. Это не 37-й год, конечно, но все равно было очень мрачно. И подпольные концерты – потому что все запрещено было. Я в 1985 году снял свой первый любительский фильм с «Наутилусами» в главной роли – снимали по квартирам, по домам, то есть тоже подпольно, но уже на пленку. Мне давно хотелось снять это кино, но как-то руки не доходили. Я его придумал в середине 90-х, но сценария не было. После этой плаксивой мелодрамы я вдруг подумал, что надо все-таки кино какое-то снять. Вспомнил эту свою историю, Сельянову быстро сценарий написал и его убедил.

PLAYBOY Вы писали сценарий, насколько я знаю, на Евгения Миронова. Тогда, кажется, вы первый раз на этого актера нацелились. Что в его психофизике показалось вам подходящим для роли «оборотня в погонах»?

БАЛАБАНОВ Он артист хороший. Алеша Полуян тоже хорошо сыграл. Но с Мироновым совсем другое кино получилось бы – более выраженное, энергичное. Я бы по-другому его делал, кадры были бы совсем другие. Миронов есть Миронов. Но он категорически отказался.

PLAYBOY А чего он испугался? Испортить имидж? Что его потом не будут снимать в экранизациях Достоевского?

БАЛАБАНОВ Да, конечно. Он сказал, что больше никогда не будет сниматься в отрицательных ролях. Это уже, в общем, не актер называется, потому что актер должен в хороших ролях сниматься. Положительная она или отрицательная, но если роль хороша – почему бы не сняться? А здесь роль была, и роль главная. Просто не верили: Кира Пирогов отказался, Маковецкий…

PLAYBOY А девушку трудно было найти?

БАЛАБАНОВ Ну конечно, были проблемы. Но многие соглашались – раздеваться, я имею в виду. Со студентками как раз проще в этом плане. Мне предлагали девушек, которые были согласны голыми сниматься, и я уже среди них выбирал.

PLAYBOY А что вы в них искали, какое качество?

БАЛАБАНОВ Ну как вам сказать… Обаяние, конечно. Чтобы она привлекательная была, чтобы красивая, какая-то такая… Я сделал такую девушку, в которую смог влюбиться этот милиционер.

PLAYBOY Там я вижу такой подтекст, будто девушка за что-то все-таки наказана. Вот любила она своего жениха-десантника, ну и сидела бы дома, ждала его, а не шлялась по дискотекам…

БАЛАБАНОВ Да, а она с другим поехала. Ну, есть тут такой момент, безусловно. Вы очень логично рассуждаете, но понимаете, рассматривать кино с точки зрения логики нельзя, потому что это нелогичная вещь. Если бы она была логичной, надо было бы философские произведения экранизировать, да и то не получится логично. Потому что кино – это как картина. Художник так рукой повел – у него такая линия получилась, этак повел – другая линия. Когда мне говорят, что Модильяни специально сделал нос у этой девушки – по телевизору вчера вот говорили, – чтобы подчеркнуть какую-то ее черту, я думаю, что это глупость абсолютнейшая. Просто он захотел так сделать, и глаза, чтобы были не на одном уровне, а вот так вот – и всё. Ему кажется, что так лучше, по-другому. А искать там смысл –абсолютно бессмысленно.

PLAYBOY Ну, вы много раз говорили, что объяснить процесс творчества невозможно: вам являются какие-то картины, и вы их просто записываете.

БАЛАБАНОВ Да, иногда даже во сне снятся какие-то вещи.

PLAYBOY У вас нет потребности отрефлексировать: почему мне именно это привиделось?

БАЛАБАНОВ У меня – нет. Просто так вот было, и надо это показать, главное – чтобы было интересно, не скучно. Я говорю: у меня главная задача была в «Мне не больно», чтобы девушки, увидев, заплакали. А там уже столько всего наворотили, столько всяких мыслей – хотя там ни одной мысли нет. Так же в «Жмурках» – мне хотелось, чтобы было смешно, так же в «Войне» – мне было обидно за наших ребят, которые в яме сидят, мне хотелось про это снять. И я встречался с ними, они мне кучу историй рассказывали – как людей из Москвы воруют, пальцы отрезают, как покупают.

PLAYBOY Хорошо, допустим, вы мысли в фильм вкладывать не любите, но эмоции все-таки вкладываете. В «Грузе-200» какая основная эмоция по отношению к советскому времени?

БАЛАБАНОВ Мне кажется, что это все-таки достаточно было страшное время… Я вообще-то против того времени. Хотелось что-то делать, а ничего не разрешали. Я уже тогда хотел кино снимать, но ничего было нельзя, всё контролировали, цензура была чудовищная. Я это описал в дневниках – у меня четыре тетради дневников. Я сидел и записывал: как служил в армии, страшно было – я два года прослужил, с 81-го по 83-й. Это какое-то страшное издевательство было над людьми – а я офицером служил, после института.

PLAYBOY Можно предсказать, что наиболее бурное обсуждение в «Грузе-200» вызовет сцена, где присутствует два трупа. Понятно, что двумя трупами в кадре давно никого не удивишь, но вы это доводите до натурализма, когда чувствуется запах разложения. Чем вы это оправдываете?

БАЛАБАНОВ Ну, фильм называется «Груз-200». Подразумевается: вот «груз-200», вот остальные «грузы-200», сколько их еще!

PLAYBOY Ни один из персонажей не транслирует вашу точку зрения? Даже в дискуссии о том, есть ли душа?

БАЛАБАНОВ Нет, я просто передал свои ощущения от того времени. Это две точки зрения: один считает, что души нет, а другой – что душа есть. Вот и все. Один верит в бога, а другой в бога не верит. Вот они и противостоят друг другу.

PLAYBOY Они оба правы по-своему?

БАЛАБАНОВ Конечно, на тот момент правы. Но потом один понимает свою неправоту и идет в церковь.

PLAYBOY Да, профессор научного атеизма собирается принять крещение. Вы считаете, что ортодоксальное православие с его обрядовой стороной – это путь к более осознанному существованию?

БАЛАБАНОВ Вот смотрите: я был комсомольцем, как и большинство в мое время. Теперь я человек православный, хожу в церковь, как и большинство тех, кто были комсомольцами и атеистами. Это тоже признак времени, это абсолютно нормально. Сейчас кого ни спроси из моих знакомых, все православные. Я родителей своих, коммунистов, покрестил, у меня дети крещеные. А когда-то моя мама с Ельциным на съезды партии ездила…

PLAYBOY Получается, что это не сознательный выбор, а стадное чувство: раньше все вступали в партию, теперь все пошли в церковь. А человек как жил, не приходя в сознание, так и живет: что общество ему предлагает, то он покорно и принимает.

БАЛАБАНОВ Пожалуй, да. Человек вообще существо ущемленное и слабое. Сильных людей мало. Вот Кирилл у меня был, очень хороший звукооператор, когда я «Замок» снимал. Он еще тогда в Германии нашел православную церковь и в нее ходил. Хотя он тоже когда-то был пионером и комсомольцем. А теперь он стал иеромонахом, недавно ко мне в гости приезжал. Такой черный монах, но это совсем уж радикальная сторона.

PLAYBOY Значит, вы все-таки на стороне человека, который верит в существование души?

БАЛАБАНОВ Безусловно, потому что я верю сам. Но в то время я не верил. Я в то время был атеистом, и ни о каком Боге у меня и мысли не было.

PLAYBOY Почему же вы изменились?

БАЛАБАНОВ Я не знаю, как-то так получилось. Книги появились другие, я Евангелие прочитал сначала, Библию прочитал, что-то узнал... Раньше же ничего не было – только «Мастер и Маргарита», про дьявола книжка, откуда я узнал о существовании Иисуса Христа, причем уже после института.

PLAYBOY И если бы общественная ситуация не изменилась, вы бы так и оставались атеистом?

БАЛАБАНОВ Конечно. И вся страна так жила бы.

PLAYBOY Выходит, от человека ничего не зависит?

БАЛАБАНОВ Ну, как не зависит? Зависит. Просто есть люди сильные и люди слабые. Общество сильнее человека: личность – это личность, а общество – это много личностей, и много личностей всегда подавят одну личность.

PLAYBOY В этом году фильму «Брат» исполняется десять лет. Возможен ли сейчас герой такой же убедительности и силы?

БАЛАБАНОВ Не знаю, никогда об этом не думал. Сейчас есть подобные фильмы, скорее даже сериалы. Есть какие-то сильные герои, которые, в общем, что-то делают. Здесь во многом достижение Сережи Бодрова, потому что он такой: я бы не придумал фильм «Брат», если бы не познакомился с ним на «Кинотавре», после того как посмотрел «Кавказского пленника». Я посмотрел и сразу все понял про фильм. И предложил ему: давай кино вместе сделаем. Ведь в стране вообще не было кино. Он говорит: давай. Практически бюджет «Брата» был меньше ста тысяч долларов. Всё на квартирах снимали, все работали бесплатно, на энтузиазме. Как я когда-то любительское кино снимал, так же и здесь получилось. Это второй «Брат» уже с бюджетом был.

PLAYBOY А сейчас, десять лет спустя, вы как-то объясняете для себя успех «Брата»? Ведь вы наверное не ожидали, что он станет настолько популярен.

БАЛАБАНОВ Конечно, не ожидал. Вообще, я хотел три «Брата» снять. Я Сельянову сразу предложил: первый в Питере, второй в Москве, а третий в Америке. А потом стало скучно как-то в Москве, и я объединил с Америкой. Он получился немножко длиннее, но это уже более жанровое кино. Это сознательно было сделано.

PLAYBOY А к использованию образа Данилы Багрова в политических целях (на плакатах «Данила – наш брат, Путин – наш президент») вы как относитесь?

БАЛАБАНОВ Это уже не моя проблема, я этим не занимаюсь. У меня есть продюсер, Сергей Михайлович Сельянов, они придумывают, у него целая компания есть, которая занимается всякими слоганами.

PLAYBOY Ну это ж не они, наверное, придумали, кто-то просто взял и использовал образ популярного героя. Вас это не коробит?

БАЛАБАНОВ Это не мое дело. Их дело – продать потом кино. Почему я делаю один коммерческий фильм, один некоммерческий, через раз? Потому что нельзя всю жизнь делать фильмы, которые подводят продюсера, надо совесть иметь.

PLAYBOY Кроме соображений, что продюсера нельзя подводить, вам ведь самому интересно что-нибудь разное делать?

БАЛАБАНОВ А я разное и делаю.

PLAYBOY В своем следующем проекте, «Кино», тоже что-нибудь новенькое попробуете? «Кино», насколько я знаю, будет про школьников, снимающих кино, и связано с использованием любительских съемок. Вам много присылают самодеятельных фильмов?

БАЛАБАНОВ Да, причем есть очень хорошие. У ребят совсем другое сознание, они по-другому мыслят. Я не беру клипы – клипов много. Но есть фильмы забавные-забавные, странные, про каких-то инопланетян…

PLAYBOYТо есть «Кино» будет более жизнеутверждающим, чем «Груз 200»?

БАЛАБАНОВ Это совсем другой фильм. Я не могу пока говорить: я придумал все, но еще не написал, у меня нет цельного сценария. Он нелинейный, и поэтому его сложно написать. Там пять или шесть параллельных линий: школа, пять семей, и еще они кино снимают, и фильмы надо придумать. Это очень сложно сделать в плане структуры сценария. Линейный легко написать: вот герой, вышел и пошел, параллельно убил пять человек или десять, влюбился в девушку, сел в самолет и улетел, вот и все – подобные сценарии писать легко. А такого я еще не делал.






Возврат к списку

(Голосов: 1, Рейтинг: 3.3)